Все качественные изменения вещества - проявления процесса уплотнения и разрежения

Анаксимандр Милетский
Ἀναξίμανδρος
Фрагменты ранних греческих философов


ПЛУТАРХ. О первичном холоде, 7. 947 D: *Коль скоро во Вселенной имеются четыре первичных тела (огонь, вода, воздух и земля), которые вследствие их обилия, простоты и силы большинство полагает элементами и началами остальных [тел], необходимо, чтобы и первичных и простых качеств имелось бы столько же. Что ж это за качества, как не теплота, хладность, сухость и влажность. . . (947 F) Или же, как думал древний Анаксимен, нам не следует признавать субстанциальности ни за холодным, ни за горячим, но [должно рассматривать их] как переменные состояния (paqh) общей материи, возникающие вторично от изменений [субстрата]? Холодным он считает сжимающуюся и уплотняющуюся часть материи, а горячим - разреженную и "расслабленную" (tocalaron), - таким термином он ее назвал. Потому-де и не без основания говорится, что человек испускает изо рта как теплое, так и холодное: сжатое и сгущенное губами дыхание охлаждается, когда же рот расслаблен, оно становится теплым на выходе от разреженности. Аристотель считает это [сравнение] Анаксимена недоразумением: ведь когда рот расслаблен, то тепло выдыхается из нас самих, когда же мы подуем, свернув губы [трубочкой], то выталкивается и бьет [струей] уже [воздух] не из нас, а находящийся перед ртом, а он холодный.

Мнения философов. I, 3, 4 ("О началах"): Анаксимен, сын Эвристрата, милетец, утверждал, что начало сущих - воздух, ибо из него все рождается и в него вновь разлагается. "Как душа наша, - говорит он, - сущая воздухом, скрепляет нас воедино, так дыхание и воздух объемлют весь космос" ("воздух" и "дыхание" [здесь] употребляются синонимически). Он так же, [как Анаксимандр: см. 12 А 14], ошибается, полагая, что животные состоят из простого и однородного воздуха или пневмы, ибо не может существовать одно начало всех вещей - материя, но необходимо принять также и творящую причину. Так, [одного] серебра недостаточно для того, чтобы оно стало кубком, если нет творящей причины, т. е. серебряных дел мастера; то же самое справедливо и для меди, и для дерева, и для [любого] другого материала.